"Бизнес-журнал" ?15 от 3 августа 2005 года.

"Серийный продукт"

Не нужно быть экспертом, чтобы констатировать факт: производство отечественных сериалов сейчас находится на подъеме.Разобраться с внутренней кухней рынка сериалов "Бизнес-журналу" помог Иван СОЛОВОВ, режиссер и генеральный директор кинокомпании "Ментор Синема".

У многих слово "кинокомпания" ассоциируется исключительно с гигантами киноиндустрии, в распоряжении которых находятся огромные съемочные павильоны и бесчисленные монтажные студии. Для таких читателей стоит пояснить, что кинобизнес может существовать в достаточно компактном виде. В случае с "Ментор Синема", которая была учреждена в 1988 году и является, к слову сказать, одной из первых частных кинокомпаний России, это небольшой офис, 25 штатных сотрудников и 10 единиц транспорта. И при этом она является кинокомпанией полного цикла, то есть может технически обеспечить весь производственный процесс, не обращаясь к сторонним организациям. Частных кинокомпаний, обладающих такой "автономностью", в России пока не очень много, поскольку профессиональное оборудование дорогого стоит: например, цифровая кинокамера - от 150 тысяч долларов, компьютер для монтажа - около 350 тысяч. А нужно их, по-хорошему, не один и не два. Кинокомпания "Ментор Синема" известна такими сериалами, как "Моя граница", "Железнодорожный романс", "Место под солнцем" и др. И Соловов подтверждает: "Сейчас мы находимся на этапе, когда производить сериалы действительно выгодно. По оценкам экспертов, потребность телеканалов в отечественных сериалах удовлетворена всего лишь на 60 процентов, все остальное - свободная ниша".

Жанры и форматы
- Может ли производство кино существовать в формате малого бизнеса?
- Да, есть небольшие студии, состоящие всего из трех человек: директора, продюсера и режиссера, которые иногда вообще никакой материально-технической базой не располагают. Но при этом производство многократно усложняется. Таким студиям приходится искать на стороне всё - от камеры до передвижного генератора, и для них велика вероятность услышать: "Вся техника в работе". Съемки и без этого предполагают очень сложное планирование. Кино ведь, как завод по выпуску "гайки ? 8": у вас есть токарь, у вас есть металл, но у вас нет станка - всё, гайка не получается.
- Почему сейчас выгоднее делать сериалы, а не фильмы?
- Ситуация такова, что у нас в стране только сериалы позволяют зарабатывать всем - и кинокомпаниям, которые их производят, и телеканалам, которые их покупают и ставят в сетку. Хороший сериал дает высокий рейтинг, а рейтинг привлекает рекламодателя.
- А как же наши последние блокбастеры с рекордными сборами в прокате? Они ведь не убыточны?
- Давайте с вами всё подсчитаем. Например, у такого успешного фильма, как "Ночной дозор", по опубликованным в прессе данным, бюджет был около 10 миллионов долларов без рекламной кампании. В российском прокате фильм собрал 16 миллионов. Со стороны может показаться, что создатели фильма хорошо заработали. Но реально они получили от проката 8 миллионов, все остальное досталось кинотеатрам. Далее из вырученных средств отдали 10 процентов дистрибьюторам, организовавшим прокат. Предполагается, что рекламную кампанию создатели фильма тоже ведут за свои деньги. "Ночному дозору" реклама обошлась, похоже, бесплатно - благодаря участию в проекте "Первого канала". Сейчас, например, опубликовали данные о рекламной кампании "Турецкого гамбита" - 537 минут эфирного времени, причем, в основном, в самый прайм-тайм! А каждая минута рекламы на ТВ обходится в среднем в 50 тысяч долларов. То есть, чтобы устроить такую же по масштабам кампанию, мне нужно потратить 26,8 миллиона долларов - в несколько раз больше, чем бюджет картины! Нет, такие вложения в кино сегодня в России не отобьешь. У нас еще не настолько хорошо развит прокат, чтобы можно было производить дорогие и коммерчески успешные фильмы. Все равно требуется поддержка со стороны.
- Что, у сериалов другая экономика?
- С сериалами всё проще. Бюджет производства одной серии - 100-150 тысяч долларов. И примерно по такой же цене за серию (или даже с небольшой прибылью) сериал можно продать телеканалу для премьерного показа. Подчеркиваю - права передаются только на один показ. Дальше все зависит от зрительского рейтинга. Будет высокий рейтинг - можно продать сериал для второго, третьего и т. д. показов этому же или другим каналам. Естественно, уже по меньшей цене, но никогда не менее 40 процентов от бюджета на производство. И это уже - чистая прибыль кинокомпании. Но рейтинг - вещь непостижимая и трудно прогнозируемая. Бывает, на экраны выходит красивый, умный сериал, а рейтинг стремится к нулю, оттого что смотрит его только узкий круг интеллигенции. Отечественный зритель, к сожалению, до сих пор в большинстве своем - это публика "Аншлага", Петросяна, Шифрина. И с этим тоже приходится считаться - телезритель голосует кнопкой. Чаще всего продажи начинаются, когда сериал уже готов. Реже, когда у тебя уже имеется какое-то количество отснятого материала, которое ты даешь каналу на ознакомление.
- Итак, вы снимаете сериал и пребываете в полной уверенности, что его у вас купят?
- По большому счету, риск существует только для новичков. Мы знаем, каковы приоритеты каналов по жанрам и направлениям, что они хотят видеть у себя в сетке, даже каких именно актеров предпочитают. Когда у тебя появляется достойный сценарий, ты уже примерно представляешь, каким каналам будешь предлагать готовый продукт. Кстати, снять универсальный сериал, который подойдет сразу для всех каналов, нельзя - у каждого из них своя аудитория.

Импорт - экспорт
- Как обстоят дела с зарубежным "мылом"? Почему с экранов постепенно исчезают слезоточивые латиноамериканские сериалы?
- Это происходит вовсе не потому, что кто-то на телевидении вдруг принял решение перестать их покупать (ведь и обходятся они каналам дешевле, чем отечественные). Опять-таки все определяет Его Величество Рейтинг, селекционный отбор. Видно, жизнь в России стабилизировалась настолько, что мы уже не бежим от нашей действительности и предпочитаем смотреть свое кино, нежели сочувствовать чужим переживаниям. Кое-какой импорт в сетке каналов еще остается - например, бразильский "Клон". Но в рейтингах он держится ниже, чем наши сериалы. И это очень показательно.
- А отечественные сериалы удается продавать на Запад?
- Смотря что считать "Западом". В Болгарию, Чехию, Румынию кое-что ушло: "Бригада", наши "Железнодорожный романс" и "Лавина". Западная Европа российские сериалы не покупает, и не потому, что мы их плохо делаем. Просто наша тематика, то, в чем мы сейчас "ковыряемся", тамошнему зрителю не интересны.
- Отчего же нашу публику так долго волновали мексиканско-бразильские страсти? Совпали по тематике?
- Мы народ очень чувствительный, и у нас легко получается примерять на себя зарубежные мелодраматические и слезливые сюжеты. А они, к сожалению, не могут экстраполировать на свою жизнь нашу действительность, которая им во многом не понятна. Такая вот на рынке сериалов получается система "нипель", которая работает только в одном направлении.
- Сегодня у зрителей все большее отторжение вызывает применение в сериалах практики product placement - это когда герои по ходу сюжета фактически рекламируют различные товары, пьют, например, определенный сорт пива или водки, чуть ли не к объективу камеры поднося этикетку:
- Это, и правда, широко сейчас используется, особенно в сериалах. В России рекламодателю такое участие в одной сцене обходится в сумму от 2 до 10 тысяч долларов. Мы от подобной практики начинаем отказываться. Во-первых, телеканалы косо поглядывают. Они ведь понимают, что это скрытая реклама, а могли бы заработать сами. Иногда кинокомпанию заставляют даже такие эпизоды вырезать. Во-вторых, это нервирует зрителя. Он смотрит сериал, который и так прерывается рекламными блоками, да еще по ходу действия актеры ему что-то навязывают. В-третьих, у нас в России еще не сложились правила тонкого "вплетения" product placement в сюжет. Это всякий раз выглядит как инородное тело. Герои собрались попить пива, и возникает такой диалог: "Ой, что-то пива не хочется, давай водки!" - "Ну что, выпьем Nemiroff?" - "Давай!" Грубовато получается. И потом: мне, как художнику, заниматься этим даже обидно. Я ведь не блин пеку, а делаю произведение, которое мне памятником будет. Зачем же размениваться на мелочи? Но тут у каждой компании свой подход.

Джеймс Бонд как рекламоноситель.
Product placement (дословно с англ. "размещение продукции") - достаточно распространенная в мировой киноиндустрии рекламная практика, при которой торговая марка или товар используются по ходу действия картины главными героями. Расчет делается на то, что "звезды" кино имеют колоссальное влияние на зрительскую аудиторию и могут формировать ее вкусы.
Самый показательный пример - фильмы "Бондианы". Засветившись в ленте "Завтра не умрет никогда", компания Ericsson смогла удачно войти на американский рынок, где до этого господствовала Motorola. BMW с помощью фильма "Золотой глаз" уверенно двинул в массы свой "Родстер Z3", а Omega - часы Seamaster. За право ассоциироваться с агентом 007 рекламодатели готовы платить миллионы долларов.

Почем нынче "звезды"
- Зрителей сплошь и рядом интересует, каковы гонорары наших актеров, которые снимаются в сериалах.
- У нас уже появились "звезды", которые получают по 10 тысяч долларов за съемочный день, хотя таких - единицы. И то многое тут зависит от объема работы. Чтобы снять 12 серий, требуется примерно 30-40 съемочных дней. Если "звезда" - главный герой, который проходит через весь сериал, и у него много съемок, то гонорар за день понижается. Иначе никакой бюджет не выдержит. Узнаваемых актеров, чей гонорар составляет 2-4 тысячи долларов в день, в России уже достаточно много. Менее узнаваемые работают за 200-600 долларов, дебютанты - за 100-150. Массовка получает 10-30, в зависимости от близости к объективу камеры. Есть еще "эпизодники". Известные актеры идут играть в эпизоды неохотно - тут приходится всячески заинтересовывать их деньгами. Но их участие существенно поддерживает сюжет картины.
- Актеры нынче капризными стали?
- Да они всегда такими были. По этому поводу есть анекдот еще советских времен. Приезжает актер в экспедицию на съемки, а там сидит директор картины, который распределяет, кому что. Актер заходит и заявляет: "Я Забубенов-Задунайский! Значит, так. Мне номер-люкс, персональную машину и 20 рублей за съемочный день!" Директор отвечает: "Значит, так. Будете жить в шестиместном номере, вот деньги на трамвай и 3 рубля в день!" - "Согласен!" Так оно и сейчас бывает. Актер выдвигает свои требования, ему "выкатывают" условия, и он чаще всего соглашается. Пока это больше похоже на игру в западную киноиндустрию. Смотрят, как на Западе актеры живут, и говорят: хотим так же.

Как делают телерейтинги
Во всем мире существуют компании, которые специализируются на "измерениях телесмотрения". В России основными измерителями являются TNS Gallup Media и AGB Television, именно они составляют рейтинги каналов, передач, сериалов и т. д. И уже на основании их данных телеканалы определяют цену рекламной минуте, а рекламодатель планирует свою кампанию.
Чтобы получить данные о телесмотрении, измеритель формирует панель исследования, то есть отбирает участников - это семьи (домохозяйства), имеющие телевизор. По возможности, стараются соблюсти принцип репрезентативности, чтобы панель представляла различные социальные группы и являлась "обществом в миниатюре". Например, у TNS панель состоит из 2,5 тысячи семей в 53 городах России.
Технически "съем" информации о том, что люди смотрят, происходит при помощи специального прибора - ТВ-метра, который устанавливается в доме. Исследуемым он не причиняет никаких неудобств. Единственная обязанность каждого члена семьи - регистрировать свое присутствие в комнате, в которой включен телевизор, нажатием специальной кнопки, закрепленной персонально за ним. На случай просмотра программы совместно с гостями предусмотрена "гостевая" кнопка. Всё это делается для того, чтобы исследователи не только знали, какой канал и в какое время смотрели, но и какая аудитория находилась в этот момент перед экраном.

Цена катастрофам и разрушениям
- При просмотре сериала зрителей часто мучает вопрос: как вы по ходу действия взрываете автомобили (иногда очень дорогие!), - не жалко?
- Ну, новые Gelendwagen'ы за 100 тысяч евро мы в кадре не взрываем. Покупается подержанная машина, красится, приводится в божеский вид. На экране мелкие изъяны и вмятинки видны не будут, особенно если правильный ракурс найти. А побрызгать машину еще водичкой или глицеринчиком смазать - будет сиять, как новенькая. На самом же деле на ней в момент съемок может не быть и двигателя. Ее на очень тонком тросе, который при определенном освещении вообще не виден, буксируют. И затем она красиво взрывается. Я бы даже так сказал: автомобиль, который в кадре идет на взрыв или на слом, редко едет сам. Только в картинах с большим бюджетом идут на то, чтобы купить для этого машину на ходу - но опять-таки не новую.
Был случай, когда мы на картину "Глухомань" купили "Жигули" у частника за тысячу долларов. Снимали эпизод на Кашире - там есть очень-очень высокий мост через Оку. На этих "Жигулях" наш герой должен был врезаться в ограждение моста, затем каскадер выпрыгивал, а машина с верхотуры летела в воду. Частник нас перед съемками спрашивает: "А машина вам потом нужна будет?" "Зачем? - отвечаем. - Утопим ее, и все дела!" - "А можно, я ее вытащу и себе заберу?" - "Да пожалуйста!" Отснялись, частник подогнал на берег трактор, нырнул к машине с тросом, зацепил и вытащил ее на берег. Каково же было наше изумление, когда он за пять минут завелся и уехал!
- А как насчет красивых взрывов, которые разрушают целые здания?
- Раньше всё это делалось при помощи керосина, сажи, песка, взрывчатки. Мастерство отечественных пиротехников было потрясающим. И это при том, что они, по сравнению с западными коллегами, были гораздо хуже технически вооружены. Наши "самоделкины" могли придумать, что заблагорассудится. Теперь всё делается на компьютере.
- Получается, киношный пиротехник - исчезающая профессия?
- Они нужны, но всё слишком упростилось. Отдельно снимают взрыв: столб пламени, дым. И это используется как заготовка, которая с помощью компьютера накладывается на любое здание. Рисуют разлетающиеся обломки и всё, что угодно. Как в "Турецком гамбите", где колесо от телеги летит с экрана "прямо" в зрителей. Век цифровых технологий позволяет "дурить" зрителей без реальных разрушений.

Взлеты и падения
- Вы в качестве руководителя собственной кинокомпании одолели все этапы постсоветского кино. Вам легче всего оценить, через что российский кинематограф прошел и куда движется.
- За пятнадцать лет много чего было. Сперва, в конце 80-х, возникла эйфория - никакой цензуры, снимай, что хочешь. Потом начался период "кооперативного кино". Страшно подумать: Россия чуть не догнала по числу картин, снимаемых в год, мирового лидера - Индию! Индия снимала 950, мы дошли почти до 800. Сейчас иной раз посмотришь, какую галиматью тогда наснимали - мама дорогая! Кстати, наша кинокомпания в этом не участвовала. Многие наши фильмы тех лет (мы тогда больше документалистикой занимались) до сих пор "живут", и за них не стыдно. И вплоть до 1992 года включительно продолжалось шальное время - денег на кино было навалом. Тогда как раз люди в малиновых пиджаках объявились, все вдруг стали бизнесменами, рождались совместные предприятия с кем угодно. Деньги приносили без преувеличения - мешками: "Снимите кино, вот вам деньги, вот сценарий!" - "Нет, забирайте ваш мешок, нам сценарий не нравится! Следующий!" И выгоды-то особой человек с мешком от кино не искал: ему просто понравилась какая-то история или что-то из своей биографии увековечить решил. В 1993-м все обрушилось, началась эпоха малокартинья. Это в 1994-1995 годы, когда в стране выходило по 2-3 фильма, как раз пошло все зарубежное "мыло" по телевидению. Все смеялись: у нас в стране идут кинофестивали, а фильмов никто не снимает, на всех одни и те же картины крутятся. С 1997-го кинематограф потихоньку пошел в гору, но дефолт все обрубил.
- А сейчас что?
- С 1999 года всё опять стало развиваться. И сегодня модно сказать, что российский кинематограф переживает хорошее время. Хоть это пока и не золотой век.

Дмитрий Денисов